Салма Кальк (salma_kalk) wrote,
Салма Кальк
salma_kalk

2.4



* 15 *

Через две недели после памятного похода в оперу Лианна, как и обещала, позвонила Элоизе.
- Ну, что скажешь? - грозно вопросила она.
- По телефону - ничего не скажу, - сразу же отреагировала Элоиза.
- Значит, так: завтра пятница, после работы ты едешь к моей матушке, там мы встречаемся, едем вместе навестить в школе Анну, она давно о тебе спрашивает, а потом возвращаемся домой, и там за ужином ты мне все обстоятельно рассказываешь. А я делаю выводы и соображаю, что дальше.
- Хорошо, договорились, - кротко согласилась Элоиза.
В пятницу, после окончания рабочего дня, Элоиза предупредила свою Анну, чтобы та ее не теряла не то до субботы, не то до вечера воскресенья, и отправилась к Полине, матушке Лианны. Полина жила в городе в собственном доме, занималась светской жизнью и благотворительностью, и частенько обижалась на Элоизу, что та уже столько времени в Риме, но очень редко звонит и совершенно не заходит в гости. Элоиза даже рада была, что появился повод зайти.
Полина представляла собой очень ухоженную даму почти шестидесяти лет, стройную, подтянутую, излучавшую довольство и уверенность в себе. Ее длинные, как у всех в семействе, волосы тоже были уложены на затылке в хитроумный узел, строгое платье подчеркивало фигуру, немногочисленные украшения были стильными, уместными и очень дорогими. Она собиралась на какое-то светское мероприятие и выразила надежду, увидеться с милой Элой наутро - милая Эла же не собирается никуда сегодня на ночь глядя? Элоиза заверила, что не собирается, и почтенная дама отбыла.
Лианна запаковала старую историческую хронику, которая хранилась в семейной библиотеке с незапамятных времен и на которой юная Анна собиралась практиковаться в латыни, и они с Элоизой отправились за город, в монастырь Санта-Магдалена ди Маре. Школа, которая там располагалась и которую в свое время окончили они обе, предназначалась только для девочек и славилась строгими правилами. Очень обширная программа обучения, жесткий дресс-код, домой только на каникулах и в очень редких случаях - во время семестра. Посещения родственников разрешены, но тоже не слишком часто и только по согласованию с руководством школы, которое представляла матушка Доменика, или же, как ее называли более молодые родственницы, Доменика Прима (у нее имелись дочь и внучка, обе тоже Доменики, соответственно Секунда и Терция), много лет назад давшая обет в Санта-Магдалена. Она также состояла в родстве с Элоизой и Лианной. Именно с ней нужно было согласовать время и обосновать необходимость посещения юной Анны.
Примерно через час они приехали к воротам монастыря. Их знали в лицо и беспрепятственно пропустили машину на территорию. Они поднялись в кабинет Доменики, где узрели даму лет семидесяти в строгой черной монашеской одежде и белом накрахмаленном чепце.
- Ага, явились! - это было такое самое обычное приветствие Доменики.
Приехавшие дамы поцеловали ее в щеку и сели. Молодая монахиня принесла кофе и сладости.
- Доменика, ты не могла бы позвать Анну? Мы бы поговорили и поехали, хорошо? - Линни мило улыбалась, но позволяла себе проявлять нетерпение.
Явилась Анна, это была воспитанная, улыбающаяся и очень активная девочка одиннадцати лет. Расцеловалась с матерью и теткой, поблагодарила за то, что те приехали, но сообщила, что времени у неё, в общем-то, нет, потому что к завтра она должна сделать много уроков. В самом деле, кроме обычной общеобразовательной программы Анна занималась французским, английским и в силу обстоятельств, русским языками, музыкой, анатомией с прицелом на дальнейшую медицину и вот теперь еще заинтересовалась латынью. В школе обычно шли навстречу познавательным порывам учениц и ей предоставили преподавателя, однако обязали выдать к концу семестра результат. Таким результатом и должна была стать переведенная глава из семейной книги.
- Эла, если что, я тебе про эту книгу позвоню, ладно? - Анна сгребла в охапку книгу и унеслась.
- Эла, а может быть, тебя нужно было пригласить преподавать в школе латынь? - хмыкнула Линни.
- Мне, конечно, делать-то больше нечего, - хмыкнула Элоиза. - Я-то что? Я не специалист, так, читать умею.
- Но я все же подумаю. И если мне покажется, что тебя нужно занять - я намекну Доменике, уж она-то, я думаю, найдет для тебя вакансию в своем штате.
- Спасибо за заботу, я очень надеюсь, что мы обойдемся без этого. И вообще, поехали уже домой. Пока доедем, совсем ночь будет.
- Ну да, поехали.

* 16 *

Дома отпустили прислугу, сами накрыли на стол и сели ужинать.
- А теперь рассказывай, - потребовала Линни.
- О чем, позволь спросить?
- Что ты сделала, чтобы привести себя в нормальное физическое и психическое состояние.
- Ну…
- Что, так ничего и не сделала? Знаешь, ты сидела два с лишним года. И будешь сидеть еще я не знаю сколько, поэтому я свяжусь с Доменикой.
- Не нужно. Для начала я организовала себе физическую нагрузку.
- Так, уже что-то. Какую?
- Пошла в балетный класс. Индивидуальные занятия два раза в неделю. Два первых уже произошли.
- И как?
- Честно сказать, как в первый раз. Организм ничего не помнит.
- Сколько лет ты уже не занималась?
- Много. Как в университет поступила, так и бросила. Почти двадцать.
- И ты намерена продолжать?
- Я намерена хотя бы вернуть те навыки, которые были тогда. Насколько смогу, конечно, мне уже далеко не шестнадцать. А дальше посмотрим.
- Поехали в Рождество на бал в Шатийон?
Дядюшка Элоизы имел обыкновение давать в Рождество костюмированный бал в своем замке недалеко от Парижа.
- Как будто ничего этому не мешает.
- Хорошо, что еще?
- Я позвонила в Сорбонну моему профессору.
- И? Опять пойдешь преподавать?
- Нет, не пойду. У них через месяц конференция, меня пригласили участвовать. Только придется поднять кое-какие наработки, кое-что почитать и написать новый текст.
- А еще?
- А еще я работаю, между прочим. Полный день, с девяти до шести. И мне кажется, что я достаточно заняла и тело, и голову, чтобы не думать о грустном и лишнем. Нужно подождать хотя бы месяц, чтобы посмотреть, хватает ли этого и нужно ли что-то еще, тебе не кажется?
- Ладно, уговорила. А как поживает он?
- Кто такой он?
- Как кто? Твой брошенный кавалер. Ты же его бросила, я правильно поняла?
- Бросить можно того, с кем ну хоть что-то было. А у нас, можно сказать, ничего и не было, так, раз обнялись и два поцеловались, - и Элоиза улыбнулась из-за бокала с вином.
Да, время после этой истории выдалось непростым. Одной только работы было явно недостаточно для того, чтобы забить голову и перестать думать о том, о чем Элоиза запретила себе думать. Тогда она сначала пошла в балетный класс к станку, вспоминать навыки юности. Навыки с трудом, но вспоминались, однако мысли все равно постоянно возвращались к Марни и тому дурацкому вечеру в Милане. Тогда она связалась со своей бывшей кафедрой в Сорбонне и договорилась поучаствовать в паре конференций по философским вопросам. Чтобы участвовать нормально, нужно было читать непростые книги и писать статьи, это было уже лучше в плане занять мозг, но вдруг обнаружились побочные эффекты – она стала писать стихи, чего не делала с далеких юных лет. Для этого был заведен блокнот, весь в финтифлюшках и розочках, писала она туда исключительно рукой и карандашом, никаких компьютеров. Прятала блокнот в шкатулку из-под драгоценностей под замок и никому не показывала. Но об этом она не собиралась рассказывать ни Линни, ни кому бы то ни было еще.
- И что, вы ни разу больше не встречались? - продолжала гнуть свое Линни.
- Встречались. Здоровались и прощались, и все, - Элоиза не собиралась рассказывать о визите Марни на следующий день после той памятной прогулки.
Конечно, время от времени они пересекались - исключительно по рабочим вопросам. Он всегда был безупречно вежлив и всегда пытался оказывать ей внимание – но мрачные и холодные взгляды способны затормозить самые искренние порывы. Однако пока еще у него хватало и терпения, и настойчивости.
Когда Марни впервые после той истории встретился ей в коридоре, она вежливо поздоровалась и проскользнула дальше. Зашла за угол, перевела дух. Порадовалась, что сумела остаться спокойной. А дальше уже было проще.
- Ну хорошо, я сейчас от тебя отстану. А через месяц пристану снова, поняла?
- Поняла, - со вздохом ответила Элоиза.
И больше в тот вечер они об этом не говорили.

* 17 *

Но вдруг проблемы пришли, откуда не ждали – ее жизнью занялась Анна.
- Скажи-ка, Эла, а что это за тобой Марни ходит? – как-то поинтересовалась та.
- А мне откуда знать? – Элоиза равнодушно пожала плечами. – Может быть, ему делать больше нечего?
- Ему-то? Вряд ли, он человек очень занятой. Но приличный, очень приличный. Ты бы присмотрелась, что ли? А вдруг? По мне, так он тебе подойдет.
- А я в этом не уверена. И хватит об этом, хорошо?
- На сегодня хватит. А завтра я тебя снова спрошу, понятно?
И так продолжалось на самом деле каждый день. Элоизе уже хотелось кричать, ругаться, бросаться вещами и совершать другие такой же адекватности действия, но она пока держалась. Через месяц активность Анны пошла на спад, а потом осталась только в виде редких поддразниваний.
Однако же, на самом деле Анна просто решила меньше болтать и больше делать. Она явилась к Марни в кабинет, села напротив и заявила:
- Что, монсеньор, донна Эла никак не поддается?
- А с чего ты взяла?
- Я что, похожа на слепую, глухую и ничего не соображающую дуру?
- Не похожа, и?
- Так вот, вы, главное, не сдавайтесь. А я вам чем смогу – тем помогу. Понятно?
- А с чего это ты вдруг?
- Да так. Хватит уже ей болтаться по свету, как лист по ветру. И вам тоже хватит. И вы друг другу в этом смысле подходите, - встала и удалилась.
Если Элоиза и удивлялась, почему с тех пор она стала почти каждый день встречаться с Марни в столовой за завтраком, то ничего никому не сказала. Здоровалась и смотрела строго в свою чашку кофе, впрочем, иногда, пока он не видел, бросала на него точечные аккуратные взгляды из-под полуопущенных ресниц.
Выбранная терапия и сила характера принесли свои плоды - Элоиза стала лучше спать, во сне видела обычные вещи, а вовсе не тело, сползающее на мостовую, удержать которое у нее не хватает сил. Как-то она поздравила с днем рождения однокурсника, с которым иногда переписывалась в фейсбуке, слово за слово обнаружилось, что через пару недель он будет в Париже одновременно с ней. Договорились встретиться. Более того, не просто встретились, но и провели вместе ночь. Он остался несказанно доволен, и очень огорчился, когда Элоиза наутро сказала, что все отлично, но повторения не будет. А она отметила про себя, что кошмар не вернулся, и это было очень хорошо. Но увы, не было и десятой доли того буйства чувств, которое из ниоткуда возникло просто от того, что некто Себастьен Марни провел вечер рядом с ней. Элоиза немного притупила остроту ощущений расстроенного приятеля и больше ни с кем не встречалась, ни ради проверки себя, ни ради чего другого. Марни она себе запретила, а никого другого не хотелось.
Так прошло полгода. Вечер в Милане стал потихоньку стираться из воспоминаний, оставаясь, скорее, сродни прочитанной книге или просмотренному спектаклю. Она уже и относилась к нему так, будто это было не с ней. Но все равно украдкой смотрела на Марни за завтраком.


И если кто вдруг не понял - это была присказка. Сказка начнётся дальше.
Tags: rs, история вторая, книга, линни, первая часть, роман, текст, элоиза
Subscribe

Posts from This Journal “история вторая” Tag

  • 2.3

    * 6 * Элоиза ворвалась в маленькую квартиру Линни рыдающим ураганом. - Я идиотка! Меня нужно запереть и запретить мне общаться с людьми! Навсегда!…

  • 2.2

    * 3 * Когда Элоиза спустилась в холл отеля, Марни уже ждал ее там. Она была не в курсе того, как именно Лодовико пришлось доставлять ему из…

  • История вторая. Лианна, или Осенью в Милане

    Как правая и левая рука – Моя душа твоей душе близка. Мы смежены, блаженно и тепло, Как правое и левое крыло. Но вихрь встает – и бездна…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments